Мемуары в стиле «блиц». Пресс-конференция «Амадея»

 

Видишь, там, на горе, возвышается крест,
Под ним десяток солдат. Повиси-ка на нём,
А когда надоест, возвращайся назад
Гулять по воде со мной.
НАУ

 

Если задаться вопросом: для чего проводятся пресс-конференции – ответов навскидку может найтись несколько. Больше узнать о спектакле, которого ещё никто не видел; проникнуть в причины, побудившие создателей заняться именной этой темой или произведением; разузнать детали биографии участников проекта и связать их с сюжетом спектакля… Всё это более или менее удалось представителям прессы на встрече с режиссёром и артистами предстоящей премьеры Театра у Никитских ворот, напомню их имена: Марк Розовский (художественный руководитель и режиссёр), Александр Масалов (Сальери), Игорь Скрипко и Никита Заболотный (Моцарт), Николина Калиберда и Кристина Айвазовская (Констанс). Модератор – Ирина Сокол.

 

Думается, читатель не с этого материала начнёт размышления, стоит ли идти в театр на «ремейк» МХАТовского спектакля более чем тридцатилетней давности (воспринимать его как таковой создатели категорически не рекомендуют), поэтому только вкратце пройдусь по истории его возвращения на подмостки (всё равно повторить блистательный получасовой, без преувеличения, монолог Марка Григорьевича мне тут не удастся). В начале 80-ых годов прошлого века титаны советского театра, два Олега, Ефремов и Табаков, были не в лучших личных и профессиональных отношениях. Уход Ефремова из «Современника» во МХАТ (тогда ещё единый и неделимый) обострил некоторые противоречия между коллективами и мастерами. В этой напряженной обстановке Розовскому подсказали идею поставить пьесу британского драматурга Питера Шеффера «Амадей», и творца осенило возможностью примирить ею Олега Павловича с Олегом Николаевичем. Были предприняты некоторые хитроумные дипломатические шаги, и спектакль не только состоялся и вновь свёл гигантов, но и остался на добрых тридцать лет знаковым для Московского Художественного театра, какие бы перипетии ни сопровождали его в сложной истории его существования. Менялись Моцарты – но Сальери (главный герой пьесы, вопреки названию) оставался всё тот же. Кстати, стоит заметить, и радует, что это сказал именно Розовский (мне это думалось, но молвить бы не решилась): личностно Олег Табаков скорее как раз Моцарт – вспомним «Шумный день», «Чистое небо», «Достояние республики», где его персонажи абсолютно чужды «сальеризму», по коим понимается игнорирование вызовов живой жизни, мертвящее ремесленничество, приправленное раздутым эго и ядовитой завистью.

 

И вот ещё одна причина, почему жанр пресс-конференции, почти как формат творческой встречи, так интересен публике. Очень любопытно наблюдать господ артистов в обстановке, когда они находятся в фокусе внимания – и при этом вне театральных подмостков. Особенно когда через несколько часов некоторым из них предстоит вновь или впервые превратиться в своих героев. Четвёртая стена тает, как лёд по нынешней зиме, и невольно подмечаешь, как по лицу «Сальери» пробегает особенное выражение, промежуточное между актёром Масаловым и композитором-«убийцей». А изнывающие от нетерпения «Моцарты» в это время, тихонько переговариваясь между собой, листают пресс-релиз, фотографируют программку спектакля и постят истории в Инстаграм. Переведите взор на дам: они не зря говорили комплименты художнику по костюмам (легендарная Алла Коженкова), ведь это восемнадцатый век проник в их осанку и сообщил им столько истинно светской выдержки, чтобы достойно оттенять партнёров «в президиуме».

 

Упомянув «сальеризм», нельзя не противопоставить ему «моцартианство». Которое, по Розовскому, вслед за Пушкиным, есть живое, творческое, открытое отношение к миру, и поэтому лишь оно способно возносить творца к вершинам искусства – в чем бы ни состояло оно: ведь искусный плотник, доктор, педагог или полководец не в меньшей степени способны испытывать вдохновение, чем художник, артист и композитор. И, конечно, без борьбы честолюбий среди талантливых людей не обойтись. Здоровая конкуренция никакому делу не навредит. Сегодня в ТАСС прозвучал вопрос: возможно, «злодей» Сальери даже в чем-то прав, а «певец добра» Моцарт – ошибся? Александр Масалов изучал своего героя с профессиональным тщанием и гарантирует: маэстро был очень талантливым композитором, его музыка «завораживает», и в своё время он был заслуженно знаменит; а вот произведения Моцарта не все идеальны, ведь массовому слушателю известны только лучшие из них… словом, вечером артисту на сцену, вы поняли, он уже отчасти не он… Никите Заболотному тоже играть сегодня спектакль, простим, что у него «одни монологи в голове» и ответ на вопрос взял себя Игорь Скрипко, «отстрелявшийся» накануне. Итак, в чём же ошибка Моцарта? Вероятно, говорит артист, ему стоило попытаться обратить внимание на чувства окружающих его людей. Тогда он, возможно, заметил бы, что не всех радует его «детская непосредственность», с которой он раздаёт направо и налево свой дар пополам со своей бесцеремонностью. (Дамам в чем-то проще: ведь миссия и участь «жены гения» во все времена, в общем-то, одинакова…)

 

Словом, как пишут в статусах, у героев «всё сложно». К счастью, в коллективе театра дела обстоят намного лучше, и артисты с удовольствием упоминают нюансы коллективной работы над новой премьерой. Марк Розовский и вовсе назвал труппу своими птенцами и посулил им «принести в клюве» ещё больше новых интересных идей.

 

Будем с нетерпением ждать вместе!

 

Елена Трефилова специально для Musecube
Фотографии предоставлены театром «У Никитских ворот»

Источник: musecube.org

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.